freedomcry

Здесь должен был быть один из тех постов, какие не всем интересно читать, но всем интересно писать, но передумал – что есть, то есть, и в целом оно впечатляет. Худшего (которого я смутно опасался, смотря ранний ролик) не случилось. Этот пост и будет о том, какого именно худшего. Говорят, мол, потырил Бондарчук тут у Лукаса, там у Верхувена, овам у Тарантины... На это у меня есть простой и решительный ответ.

Главное, что не у Тарковского.

Представьте себе «Обитаемый остров» в идейно-эстетической манере Пророка-Одухотворителя грешных, суетных фантастических книжек. Представьте, что из него сделали бы то же, что Арсеньевич из «Сталкера» и «Соляриса».

Планету Саракш представляли бы хрущевки, заброшенные подстанции и другой аскетизм. Зачем выдумывать. Главное – истина.

Примерно 20% экранного времени занимали бы выродки при лучевых ударах. Длинными кадрами. Иногда под музыку. Это Страдания, в них истина.

Еще 20% занимала бы Рада, о ком-нибудь заботящаяся или просто смотрящая глубокими, полными укора глазами. Однажды она произнесла бы монолог. Это Женщина, в ней тоже истина.

От сюжета осталось бы только то, что Максим бродит по планете, ничего не понимает, и его никто не понимает, и вокруг все злые, а тем временем началась война. Затем ему внезапно открывается истина, что есть какой-то Центр, куда нужно пойти и совершить Самопожертвование. В котором, конечно же, истина (отдельная, не путать с истиной про Центр).

Никаких взрывов и боестолкновений на экране. Обо всем этом сообщал бы телевизор. Все это не должно отвлекать от истины.

В сцене, когда просвечиваются воспоминания Максима, вместо тахорга появилась бы корова. И хижина в деревне. На воспоминания о счастливом детстве на покинутой Земле была бы еще не одна перебивка. Это исконный мир нравственно-экологической чистоты, над которым не властны века. В нем истина.

Кончился бы фильм пятнадцатиминутным диалогом Максима со Странником, в котором концентрация истины была бы уже настолько сильной, что требовала бы длинных, секунд в среднем по десять, задумчивых пауз. Среди прочего, Странник рассказал бы об угрызениях своей совести. Возможно, заговорившись, они бы выехали уже куда-то за город и там выпили. Это простительно, они не по праздности душевной, просто на трезвую голову не вместить в себя столько истины.

Не сомневаюсь, что многих мыслящих и чувствующих людей порадовал бы именно такой «Остров». Вместо бездуховного гламурного блокбастера. Медленный, суровый и излучающий истину, что твоя башня.

Я всегда был выродком в том плане, что аскеза благочинного занудства, в которой другие находили Духовность, Чувства или Интеллект и замирали в восторге, заставляла меня тихо корчиться и затем уползать лечиться – громким техно, голливудскими монстрами и катастрофами, интернетом, Набоковым, собственным воображением. «Обитаемый остров» можно было бы снять лучше, да, вероятно – но лет через десять, потренировавшись на всяческом проходном. Но я уже десять лет, с тех пор, как прочитал книгу, ждал этой экранизации, как никакой другой. У Странника должны были быть зеленые глаза, голованы слишком похожи на орангутангов, зря это устройство типа «вавилонская рыба» для быстрого и дешевого снятия языкового барьера, зря эта бабушка, которая явственно читает текст по бумажке, но все это частности.